Семь лет охоты не прошли даром для Сэма Винчестера и сделали своё дело – он потерял близких и можно сказать, начал Апокалипсис, и теперь в его голове поселился Люцифер. The Official Supernatural Magazine (31-2012) пообщался с Джаредом Падалеки и узнал, что он думает о сумасшествии Сэма, каково было потерять Кастиэля и Бобби, и какой эпизод стал первым, заставившим его плакать… И еще много, много подробностей из первых рук!

Сканы статьи:
Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере Джаред Падалеки о Сэме Винчестере

Перевод: Nadin7

Будучи на съёмках вместе с командой «Сверхъестественного», репортёр The Official Supernatural Magazine Николас Найт испытал чувство дежа-вю. Когда он подошёл к домику, где снимали сцены для эпизода 7.14 «Plucky Pennywhistle’s Magical Menagerie», он как будто перенёсся во времена своей юности, когда вот также подходил к своему первому автомобилю — Chevrolet Chevette — припаркованному у дома его друга. Конечно, автомобилем, припаркованным на съёмочной площадке был Pontiac Acadian, но по существу это аналогичная машина и он не видел или, по крайней мере, не замечал подобных машин уже несколько лет. Возникли немного жутковатые ощущения, как будто мёртвый автомобиль вернулся к жизни и появился подходящий настрой для беседы о «Сверхъестественном».

К счастью, Джаред Падалеки также находился в нужном расположении духа. Он мысленно всё ещё присутствовал на занятиях по беременности и родам, которые посетил днём ранее, чтобы подготовиться к появлению своего первого ребёнка (что уже должно будет произойти к тому моменту, когда выйдет этот номер), но в то время, как он полностью погружался в свой персонаж, о детях он явно думал больше, чем о «Сверхъестественном».

«Сегодня первый день съёмок эпизода 7.14″, пояснил он после того, как устроился на стоящем в холле второго этажа стуле, на спинке которого было написано «Эклз» (мы уверены, Дженсен не будет возражать!). «В этом эпизоде мы оказываемся в городе, где происходит много странных смертей. Кажется, как будто кого-то заколол единорог, а кого-то атаковал осьминог, и это в центре Канзаса! Но также похоже на то, как будто на жертву напал вампир, все эти распоротые шеи… Сэм и Дин сталкиваются с семьёй с маленькой девочкой, которая, по всей видимости, предупреждала полицию о том, что её отец был атакован монстром, которого она очень боится. На деле сбываются самые большие детские страхи. Но мы не знаем как или почему. Мы не знаем, что именно воплощает их в реальность или где всё это происходит, и как работает это, скажем так, заклинание, которое позволяет им оживать и нападать на тех, кто расстроил этих детей».

Это хорошо, что Сэм уже преодолел свой страх потерять рассудок из-за Люцифера, иначе дьявол мог бы уже в этом эпизоде, так сказать, вернуться к жизни. Не то чтобы Сэм полностью избавился от последствий долгих и мучительных адских пыток Люцифера. Скорее, он просто принял это своё новое «нормальное» состояние — время от времени видеть Люцифера, стоящего за его спиной в то время, пока он чистит зубы. Если кто-то из ваших знакомых признается, что его невидимый лучший друг — Сатана, вы, вероятно, посчитаете его сумасшедшим и вычеркнете из списка своих друзей. И Джаред Падалеки не будет винить вас, если вы посчитаете Сэма таким же. Когда мы спросили его о том, можно ли назвать Сэма сумасшедшим, он сказал, «Совершенно точно. От части, он подрастерял свой разум, но это факт, что, пережив многое за последние семь лет, Сэм начал бороться с дьяволом, не давая ему взять верх над собой. Сэм и Дин признают, что они несовершенны, что у них много шрамов на душе, но они честны перед самими собой и поэтому Сэм желает сам нести ответственность за свои ошибки. Он просто подошёл к Дину и сказал, ‘Слушай, чувак, я знаю, что я малость того, но позволь мне быть честным с тобой. И если ты захочешь того же, я выслушаю’. Такой поступок достоин уважения».

Так же и Кастиэль пришёл к братьям и признался, что порой, он поступал, мягко говоря, необдуманно, но он хотел сделать и что-то хорошее, и освободиться от тех сил, которые изменили его в худшую сторону. Вопрос в том, искупает ли это его вину? Или не поздновато ли уже? «Да, я думаю, Кастиэль искупил свою вину», высказал своё мнение Падалеки. «Я имею в виду, мы всё время говорим это, но благими намерениями вымощена дорога в Ад… и он действительно пытался поступить правильно. Если это привело к его краху, то, по крайней мере, он пытался сделать всё как нужно, не так ли? И он искупил свою вину. Ясно, что много чего ещё нужно исправить, взять тех же Левиафанов, мы всё ещё пытаемся разобраться, что там к чему. Но мы бы никогда не имели шанса увидеть, как Кастиэль старается искупить свою вину и поступить правильно, если бы он, огромное количество раз не спасал наши жизни прошлом. Так что уж кто бы говорил, мы тоже хороши, и не вправе злиться на него слишком сильно. Мы начали Апокалипсис и много чего ещё — мы слегка запутались, а он спасал наши задницы не один раз, так что настала наша очередь разбираться с тем, что он натворил».

Так или иначе, что Падалеки думает про сюжетную арку «Кастиэль — Бог»? «Это сложный вопрос», говорит он. «Очевидно, что как друг и как коллега по актёрскому цеху, я обожаю Мишу Коллинза — хотя я никогда не признаюсь ему в этом лично (смеется). Он великолепный актёр и замечательный друг и мне нравится тусоваться с ним, так что, если рассуждать с этой, немного эгоистичной, точки зрения, я думал ‘Что? Что вы имеете в виду, говоря, что он будет задействован не во всех эпизодах? Я считал, у нас есть приятель — Дженсен, я и Миша зависаем вместе, валяем дурака. Так что это отстой. Но так будет правильно для «Сверхъестественного», мы заканчиваем эту сюжетную линию. Да, это плохо, потерять его, но он проделал такую фантастическую работу для первых двух эпизодов, что это отличный способ для него — «уйти» таким вот образом. Очевидно, это не последний раз, когда мы видим Мишу Коллинза в «Сверхъестественном», но отчасти это было даже хорошо для него, вроде как уйти». Не желая никого случайно ввести в заблуждение или спойлерить о возвращении Коллинза, Падалеки добавил «Это может быть последний раз, когда мы видим Кастиэля, но не последний раз, когда мы видим Мишу Коллинза».

Все фанаты этого сериала знают, смерть в «Сверхъестественном» никогда не являлась чем-то абсолютным. Всегда есть множество способов вернуть персонаж назад, или, по крайней мере, актёра который его играл. Тем не менее, по-прежнему тяжело прощаться с героем, которого мы знаем и любим, таким, как Кастиэль или Бобби. Особенно потому, что помимо братьев, Бобби единственный, кто казался «пуленепробиваемым». А может быть, именно поэтому его гибель была настолько мучительной, что заставила Падалеки плакать. «Я позвонил Сэре Гэмбл, когда прочитал сценарий эпизода 7х10 «Death’s Door», откровенничает Падалеки, «и сказал, ‘Сэра, это 140-ой сценарий «Сверхъестественного», что я читал и это первый, который заставил меня плакать’. Затем в ту пятницу, когда показывали этот эпизод, я смотрел его с Дженсеном и нашим водителем и охранником Клифом Костерманом в трэйлере, и снова плакал. Через пару дней я смотрел этот эпизод со своей женой Джен… и снова пустил слезу. Это такой невероятно мощный эпизод! И игра Джима была такой сильной, многогранной, трогательной и искренней. И Стивена Уильямса тоже, и возвращение Руфуса, и их с Бобби товарищеские отношения — смотреть на всё это и знать, что будет с Бобби… И видеть родителей Бобби во флэшбэках и людей, которые их играют. Я никогда не встречался с ними, потому что я не присутствовал на съёмках этих сцен, но это было великолепно. Это такой потрясающий эпизод. Это была просто идеальная история. Боб Сингер проделал фантастическую работу в качестве режиссёра. На мой взгляд — так трудно сказать «лучший», но — это, определённо, мой любимый эпизод «Сверхъестественного» за все семь лет. Он тронул меня больше, чем какой-либо другой эпизод этого шоу».

«Я думаю, это был 50-ый эпизод Джима Бивера», добавляет Падалеки, «так что он вместе с нами прошёл огонь и воду». Он был частью истории, как и мальчики, как Импала, почти с самого начала, так что не хочется прощаться с ним. И очевидно же, что это «Сверхъестественное», и Бобби всегда может вернуться, но всё-таки это было прощание. Он не вернётся и не скажет ‘Эй, Сэм, Дин! Ну, как оно? Ок, приступим’. Это никогда не повторится, если только во сне или в воспоминаниях, но это уже не будет чем-то новым. Он может вернуться в иной форме, и я надеюсь, так и будет, если всё сделано как надо. Но это будет очень тяжело осуществить. Я не сценарист, и, слава Богу, потому что я бы не знал, как тут можно поступить, но как актёру мне было бы довольно тяжело иметь подобные сильные сцены, такие, как сцены воссоединения, это вытягивает из тебя все соки.

Независимо от того, увидим ли мы ли подобные сцены воссоединения, как сказал Падалеки, ничего уже не будет как прежде. Бобби ушёл и Джаред размышляет о том, как это отразится на парнях. «Я думаю, это очень тяжело. Мне кажется, каждое новое препятствие по капле разрушает Сэма и Дина. Это старая поговорка «Что тебя не убивает, делает тебя сильнее» хороший мотиватор и это хорошо, говорить самому себе «держись, выше голову», но я думаю, что эти ребята уже устали от всего этого. Я знаю, Сэм поизносился. Я знаю, трудно держать себя в руках, когда всё меньше и меньше остаётся тех, кто мог помочь тебе в случае чего, так что посмотрим, к чему всё это приведёт. Прямо сейчас Сэм и Дин стараются избегать разговоров о нём и не думать об этом, а двигаться дальше и быть сильными. Это ещё одна отметина на тюремной стене пыток и боли, так что посмотрим, как они справятся с этим. Это то, что можно сказать о Сэме и Дине — они, определённо, никогда не ищут лёгких путей, так что сценаристы вроде как дают им то, чего они хотят, потому что они совершенно точно решили выбрать не лёгкий путь, и, вполне ожидаемо, что им будет тяжело».

Из-за гибели Бобби и Кастиэля, с Левиафанами придётся туго, на них тяжело охотиться, с ними сложно бороться и проблематично их убить. «Это интересно», говорит Падалеки о новых врагах седьмого сезона. «Многое было трудно понять, т.к. мы боролись с ними несколько эпизодов, затем они исчезали на какое-то время, снова возвращались, и вот они уже здесь. Мне нравится Дик Роман (в исполнении Джеймса Патрика Стюарта). Я думаю, это здорово, что у нас всегда есть классический «плохой парень» и на этот раз он именно тот, кто проделывает огромную работу. Но мне также нравится, что нам не удалось пока так легко и просто найти способ, как избавиться он него. Обычно Сэм и Дин с помощью Бобби и Касса находили решение проблемы, типа «О, демон? Значит, тебе нужно сделать вот это. О, у тебя проблемы с ангелом, значит тебе нужно вот это заклинание». А здесь мы должны сделать всё, что можем сами, так как в данной ситуации мы как бы вернулись обратно к первому сезону, где «Мы не можем решить эту проблему прямо сейчас. Мы испробовали все способы, которыми знали, так что давайте просто вернёмся к представителям нечистой силы». Это действительно так здорово. Мне не терпится услышать, что произойдёт. Уверен, всем придётся не сладко…»

Что бы ни случилось, братья Винчестеры, скорее всего, решат эту проблему вместе. «Я тоже так думаю», соглашается Падалеки. «Полагаю, возникла необходимость показать чувство единства, так сказать. Мы потеряли Бобби, Каса, а ранее и нашего отца, Джо и Эллен, Руфуса и деда… Мы продолжаем терять всех, и это также доказывает, что нам нужно держаться друг за друга. Мы бесчисленное количество раз спасали друг другу жизни. И мы знаем, что нам нужно и полагаемся друга на друга и думаю, это ещё одно подтверждение того, что эти парни могут справиться с этим, но они должны справиться с этим вместе».