Сэм вернулся из ада, но, как считает Дин, совсем другим. Журналист The Оfficial Supernatural Magazine (#21 — 2010) встретился на съемочной площадке с Джаредом Падалеки и Дженсеном Эклзом, чтобы узнать отношение Джареда к работе под руководством Дженсена в качестве режиссера, мнение Дженсена о дальнейшем развитии отношений Дина и Лизы, и что ожидает братьев впереди…

Сканы журнала:
Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души Дженсен и Джаред   Потерянные Души

Перевод: haven

Апокалипсис остановили, но Ад не победили, как, впрочем, и Небеса. Теперь в шестом сезоне совершенно очевидно, что демоны и ангелы надежно прописались в мире «Сверхъестественного». Как бы ни была привлекательной явная тяга шестого сезона к бурной деятельности монстров, Дженсен Эклз и Джаред Падалеки соглашаются, что было бы глупо вернуться к до-ангельским временам знакомства с новыми монстрами каждую неделю.

«Уверен, ангелы доказали, что по праву являются любимцами фанатов, — говорит Эклз.- Мне кажется, они должны быть в пределах видимости, потому что избавиться от них, притвориться, что их больше нет и все путем, будет просто тупо».

В таком же духе высказывается и Падалеки: «Мы знаем, что ангелы существуют, что Сэм и Дин знакомы с Кастиэлем, и с демоном (в частности, с Кроули), так что нельзя это игнорировать. И я бы этого не хотел. Все это глубоко вписано в сюжет ‘Сверхъестественного’.
«Наш мир теперь настолько велик, что должно сохраняться представление о существовании Небес и Ада», — соглашается Эклз. «И Миша Коллинз, и Марк Шеппард — превосходные актеры, — добавляет Падалеки. — Они многое делают для сериала. Замечательно, что Кастиэль и Кроули — теперь часть истории, как Сэм и Дин, а не [битва между Небесами и Адом] как главное событие». В шестом сезоне прослеживается множество сюжетных линий, выходящих за рамки основной идеи, и тайн, которые еще предстоит раскрыть. «Очень хочется увидеть, в каком направлении будет развиваться мифология», — замечает Эклз. «В нескольких первых сериях были определенные намеки, потенциальные мифологические арки, но сценаристы пока ничего не рассказывают. Поэтому элемент ожидания сохраняется. Мне не терпится узнать, что будет дальше. Ясно, Апокалипсис отменяется и, как можно представить, вся планетарная история идет наперекосяк. Мне кажется, что Сэму и Дину необходимо выяснить, почему сейчас повсюду неразбериха. Можем ли мы просто жить с этим, смириться, приспособиться? Или есть шанс это исправить и вернуться на прежний путь? Куда этот путь ведет нас? — хочет знать он. — В прежнем ли направлении мы двигаемся, то ли самое мы делаем? Не думаю, что мы снова захотим мучиться с Апокалипсисом! Надеюсь, будет больше похоже на попытку подстроиться под новые обстоятельства и докопаться до сути».

«Мы сталкиваемся с совершенно новыми персонажами, — продолжает Эклз. — Будут монстры японские, греческие, со всего мира, а не только из Северной Америки. Это здорово, потому что появляется источник новых героев, новых монстров, что, в сущности, возвращает нас к изначальному формату [как в первом и втором сезонах]».
«Любопытно вернуться к тому, с чего все начиналось, и вновь погрузиться именно в этот сюрреалистический аспект ‘Сверхъестественного’, — говорит Падалеки. — Создается странное впечатление, будто это новая версия сериала. Все это больше, чем четвертый и пятый сезоны, когда появились ангелы и демоны, Люцифер и Михаил, потому что мы возвращаемся к истокам, к охоте на вампиров, гулей, перевертышей, джиннов, различных монстров, борьбе с опасными демонами. Теперь я, не накачанный демонской кровью, не могу убить их только силой мысли. Интересно и потому, что мы охотимся на новую нечисть».

Эклзу в особенности понравилось охотиться на вампиров в серии «Кровавые сумерки Дина Винчестера» (6.05 «Live Free or Twi-hard»). «Этот эпизод — своего рода дань уважения безумия вокруг вампирской тематики», — говорит он. «Сумерки» — самая очевидная цель, но Эклз поясняет: «Имеется огромное количество книг, фильмов, телевизионных сериалов и всякой фигни [о вампирах]. Мы по-своему отдаем им должное, — добавляет он с усмешкой. — Это вроде: «Отбросим всю эту нездоровую, ненормальную чушь и прикончим несколько вампиров!»

В нашей беседе мы не смогли не обсудить с Эклзом его опыт режиссуры, а с Падалеки его отношение к партнеру по съемкам в роли руководителя. «Было потрясно, — с восторгом отзывается Падалеки. — Я доверяю ему как режиссеру, и как актеру, и как другу. Думаю, и он доверяет мне как актеру и как другу. На протяжении последних шести лет мы в некотором роде направляли друг друга. Например, если в какой-то сцене от нас потребуется показать что-то новенькое, я могу посоветовать ему: ‘Эй, Дженсен, подумай вот о чем..’ Или ‘Помнишь, во втором сезоне, когда мы сделали вот это..’ Или ‘Попробуй не настолько озлобленно, не так сухо.’ Как друзья, как коллеги мы работаем над каждой сценой вместе. Так каждый день. Так что Дженсен в качестве режиссера для меня привычное явление, потому что он играл со мной как актер, а потом давал указания уже как режиссер так же, как поступает в качестве актера. Было интересно наблюдать, как он таскается с камерой, орудует с линзами. Он отлично проводил время. Рад видеть, как один из моих лучших друзей занимается тем, что приносит ему удовольствие».

Конечно, возникает вопрос: после Эклза захочет ли Падалеки при возможности стать режиссером какой-нибудь серии? «Нет, я не захочу, — уверяет он. — Не думаю, что это по мне. Я предпочитаю играть и рассказывать историю с актерской позиции. Но, возможно, как-нибудь займусь продюссированием или написанием сценариев, что-то в этом роде. Мне больше по душе заниматься организационными вопросами шоу, подбором подходящей команды, актерского состава, хорошего режиссера. Может быть, разработка самой истории. Это мне нравится больше, чем работа режиссера. Кто знает? Возможно, в какой-то момент в будущем у меня возникнет желание удариться в режиссуру. Но сейчас я доволен тем, что актер».

Между Сэмом и Дином снова возникает недопонимание, что по душе Эклзу. «Должен признать, что серия, в которой Дин набрасывается на Сэма [6.06 «Невыносимая правда»(«You Can’t Handle the Truth»)], пока одна из моих любимых в шестом сезоне. Он просит меня: «Ну же, это действительно я. Со мной что-то не так. Я думаю, мне нужна помощь». Где-то между дублями я сказал Джареду: «Такого уже давно не было — брат против брата». Как в старые добрые времена, как пара первых сезонов. Как Сэм и Дин в самом начале. Джаред и я отлично поработали в этой теме».

Действительно ли что-то не так с Сэмом? Как Сэм выбрался из Ада? «Не имею понятия, — признается Падалеки. — Не думаю, что он сам выбрался из Ада. Мое предположение (мне пока никто ничего не рассказывал), что его каким-то образом освободили из Ада. Я не думаю, что Сэм сам сумел вырваться из клетки Люцифера. Мне кажется, он не смог бы ускользнуть от Люцифера и Михаила. Кто-то другой вытащил его из клетки. Кто-то ему помог. Не терпится узнать, как именно, увидеть каковы последствия, насколько Сэм изменился. Но это пока не произошло, так что, я уверен, мы все узнаем где-нибудь в районе середины сезона».
Возможно, примерно в это же время мы выясним, кто и почему воскресил и дедушку Кэмпбелла. «Дедушка не в курсе, что на самом деле происходит, но, думаю, знает больше, чем пытается показать», — считает Падалеки. Остается только гадать, по какой причине старший Кэмпбелл уступает Сэму место главы семейства охотников — считает, что Сэм выше всяких похвал, затащив Люцифера обратно в клетку, или у него имеются какие-то таинственные, может, даже зловещие, скрытые мотивы. «Да, это тоже интересно, — говорит Падалеки, развивая первое предположение. — Мне кажется, Сэм хорошо себя показал. Хотя по сравнению с Сэмюэлем он новичок, но был частью более важных событий. Это как [разница между] тем, кто в течение 20 лет является квотербеком, и тем, кто играет на этой позиции всего 8 лет, но уже выиграл Супер Боул [чемпион Национальной футбольной лиги США]. Кого предпочтете? Сэм побывал в Аду, был Люцифером, поборол Люцифера. Он принимал участие в масштабных битвах с серьезными противниками, вроде как боксер-ветеран с 20-летним стажем против боксера с 5-летним опытом, но уже чемпионом в супер тяжелом весе. Я думаю, его высоко ценят. К тому же Сэм — современный охотник, использующий новые методы, в то время как Сэмюэль не охотился очень давно. Сэмюэль и сейчас пойдет в библиотеку с целью выяснить что-то. К тому времени, когда Сэмюэль доберется до библиотеки, Сэм уже найдет все необходимые ответы в интернете. Я считаю, что Сэма Винчестера уважают и Сэмюэль, и другие Кэмпбеллы, потому что он столько сделал, участвовал во стольких схватках. Они на самом деле восхищаются его послужным списком».

Или, возможно, кто-то велел им позволить Сэму руководить? Может быть, это тот самый, кто каким-то образом сделал Сэма таким «идеальным» охотником. Падалеки не отвергает подобную гипотезу, но в то же время сомневается в ее верности. «Сэм поступает таким образом, что складывается впечатление, будто он сосредоточен исключительно на деле,- замечает Падалеки. — Похожая ситуация и с военными, когда им приходится принимать сложные решения в надежде, что это принесет больше пользы, чем разрушений. Они осознают, что будет нанесен определенный вред, но надеются, что «за» перевесят «против». Так что даже когда он хочет прибить кого-то, он не псих. Он типа:»Я не отморозок, но я и не стараюсь быть милым. Я пытаюсь выполнить задачу». Он не позволяет эмоциям влиять на свои поступки: «У меня нет чувств. Ничего личного. Я просто должен выполнить работу».

«У Кастиэля есть способность покопаться рукой внутри тебя, что очень болезненно. Он выясняет, что-то не так,- говорит Падалеки.- Не могу сказать, что именно..» Но Сэму есть, чем заняться, и слава Богу, что это уничтожение монстров и демонов, а не избавление мира от людей или что-то в этом духе.

«Мы точно знаем, что-то происходит,- говорит он,- тем не менее, я не думаю, что мы подошли к кульминации. Как правило, первые 8-10 серий сезона устанавливают то, что случится в следующих сериях 11-22. Поэтому, я думаю, что мы пока подготавливаем то, чему еще предстоит произойти. Много всего впереди…»

На более личной ноте, но одинаково важной для Дина стоит вопрос, сможет ли Дин сохранить отношения с Лизой. Если у него получится, то не умрет ли она затем ужасной смертью? «Я думаю, Дин обманывает себя, что сможет продолжить эти отношения,- утверждает Эклз.- В следующих сериях он: «Я не отец, никогда им и не стану, потому что я убийца — я спец в этом. Вот чем я занимаюсь и всегда буду заниматься». По-моему, он осознает, что вести тихую семейную жизнь не для него. Даже несмотря на то, что он любит Лизу, ее сына и хочет быть вместе с ними, он понимает, это не может длиться вечно. Я предполагаю, что она все-таки найдет в себе силы сказать: «Я так больше не могу. Ты же знаешь, что не можешь дать мне того, что нужно». Она от него уйдет».

«Кто знает? — добавляет Эклз. — Может, что-то убьет Лизу, чтобы добраться до Дина, ведь ее смерть просто доконает его. Не исключено, что это можно включить в сюжетную линию. Поживем-увидим».